Классика

Повесть Ивана Шмелёва «Богомолье» – это тёплое, пронизанное светом воспоминание о том, как маленький Ваня вместе со старым плотником Горкиным и другими паломниками отправляется из Москвы в Троице-Сергиеву лавру. Дорога к преподобному Сергию превращается в целую вселенную, где глазами ребёнка открывается широта русской души, красота природы, вековые обычаи и живая народная вера.

В усадьбу добродушного полковника Ростанева приезжает его племянник-рассказчик и попадает в царство абсурда, где всем безраздельно заправляет лицемерный приживал Фома Фомич Опискин. Под маской благочестия и рафинированной чувствительности он превратил жизнь домочадцев в фарс, и теперь столкновение кроткого дяди с домашним тираном грозит взорвать весь дом.

Цикл стихотворений Александра Блока, созданный в период с 1904 по 1908 год.

Академик Сильвестр Боннар посвящает свою жизнь поискам древних рукописей, живет в привычном и уютном мире мысли, своих научных занятий и книг. Но в искусственный мир, ограниченный кабинетом и библиотекой, время от времени врывается дыхание живой жизни, будь то книгоноша г-н Кокоз с его «историями»; молодая незнакомая женщина с ребенком, которой Боннар посылает на Рождество полено, чтобы она могла...

В Лондоне происходят странные события – демонический человек Эдвард Хайд совершает ряд отвратительных проступков, бессмысленных и жестоких…. Выясняется, что он каким-то таинственным образом тесно связан с весьма уважаемым доктором Генри Джекилем…

Открыл окно. Какая хмурая Столица в октябре! Забитая лошадка бурая Гуляет на дворе. Снежинка легкою пушинкою Порхает на ветру, И елка слабенькой вершинкою Мотает на юру. Жилось легко, жилось и молодо — Прошла моя пора.

«Комната, которую и теперь по привычке зовут детской. Одна из дверей выходит в Анину комнату. Рассвет, вот-вот покажется солнце. Уже май, вишни в цвету, но в саду прохладно — утренняя свежесть. Окна в комнате закрыты. Входят Дуняша со свечой и Лопахин, держа в руке книгу…»

События разворачиваются в губернском городе. В первой сцене — квартира актрисы Негиной: слева от сцены окно; в глубине, в углу, дверь в переднюю; справа — перегородка с дверью в соседнюю комнату; у окна стоит стол, на нём лежат несколько книг и тетради; обстановка скромная, бедная…

Над всей судьбой Василия Фивейского висела жестокая и непостижимая предопределенность. Будто отмеченный неизвестным проклятием, с юных лет он тащил на себе тяжкий груз скорби, недугов и утрат, и кровавые раны в его сердце так и не затягивались. Среди людей он оставался один, как одинокая планета среди других, и его, казалось, окружал особый — губящий и разлагающий — воздух, подобный невидимому...