koshka

– Я беременна… – И зачем ты пришла ко мне с этим? – Дубровский кидает брезгливый взгляд на белую бумажку с двумя красными полосками. – Я знаю, Кость, мы не планировали, но… – Если сделаешь аборт, то я, возможно, забуду об этом. И то обещать не могу. Мне придётся подумать какое-то время. Мой мужчина даёт мне выбор – аборт, или отношения с ним. Но после такого – я не останусь. Я нужна своему...

– Сегодня всему приходит конец, – говорит он спокойным, почти официальным тоном, в котором больше нет прежнего влюблённого восторга. – Конец чему? – переспрашиваю, запинаясь. – Нашей истории, Арина. Этому красивому, почти сказочному, но короткому роману. – Он поднимается, совсем обнажённый, и подходит к стулу, где аккуратно лежит его одежда. – Любые романы однажды заканчиваются, – добавляет...

– Ты у меня идеальная, знаешь? – Правда? – Конечно. Дом – как с картинки. Ты – как с обложки. – А ты? – А я просто счастливый муж. – Счастливый… с кем? – Маш, ну опять? Ты себя накручиваешь. – Я видела сообщение. – Глупости. Тебе все просто показалось, родная. – Тогда почему ты шепчешься за закрытой дверью? – Ты правда думаешь, что я стал бы вот так палиться? – Я думаю, что уже поздно...

Попаданцев никогда не допускают до Турнира Рогейн — причин для этого всегда было предостаточно. Но в этом году правила будто перевернулись: наша команда оказалась в списке участников. Нам нужно победить, иначе о будущем можно забыть. Вот только как идти к выигрышу, когда вокруг все ждут, что мы оступимся и вылетим первыми? И хуже всего то, что человек, заставляющий мое сердце биться быстрее,...

– Лариса, нам надо поговорить. Откровенно. Разобрать всё по-честному. Как деловые партнёры. Партнёры. Меня мгновенно бросает в жар. – Я всё взвесил, – его голос спокойный и сухой, будто он зачитывает отчёт на совете директоров. – Наш брак был амбициозной затеей. Но, к сожалению, убыточной. Внутри что-то тонко звякает, словно ломается хрупкая ледяная спица. – Ты больше не приносишь...

– Со стола можешь убрать. Есть я не стану. Во взгляде мужа больше нет ни тепла, ни привычной спокойной ласки — только раздражение и твёрдое решение. – Ты ведь спрашивала, какой подарок я хотел бы сильнее всего? Вот он. Лучший из возможных. Тот, которого ты не смогла подарить мне за двадцать лет. Он подходит к Алине и уверенно кладёт ладонь ей на плечо. Она отвечает широкой улыбкой. –...

– Малышка, покажи белье, – с ухмылкой облизываюсь, разглядывая ее колени. – И получишь новую скрипку. – Пошел ты, идиот! – фыркает она, поправляя очки. – Да ладно, – делаю шаг ближе и тянусь к ее лицу, – Я знаю, что ты скрываешь. В том клубе была именно ты. И вовсе не стеснялась. – Тебе мерещится, сходи к доктору, – она в панике отскакивает, и меня на секунду прошибает сомнение. А вдруг...

Анна много лет жила в роскоши, словно птица в клетке, пока предательство мужа-деспота не разбило её веру в благополучие. Побег в занесённую снегом глушь казался финальной точкой, но обернулся началом другой, настоящей жизни. В краю вековых сосен она познакомилась с Егором — мрачным отшельником и бывшим оперативником. Он научил её стрелять и отстаивать право на свободу. Но прошлое не исчезает...

Мне девятнадцать, ему тридцать восемь. В первый раз мы столкнулись — и это было кошмарно, во второй — стало только хуже. Я мечтала, чтобы наши пути больше не пересеклись, но судьба распорядилась иначе: ближайшие сорок дней мне придется находиться рядом с ним. И как назло, мои трусики теперь лежат в кармане его дорогого костюма, а у меня не хватает смелости потребовать их назад. Потому что он —...