Павел Архипов

Сложно ли сохранить рассудок, когда теряешь всё и сгораешь заживо? Сложно. И мы с Дашей не справились… Но трудности? Жизнь в сырой библиотеке среди руин? Жестокие улицы? Мы прошли через всё. Вот только холод… Стоп. Мы что, в аду? Если это ад, то здесь даже неплохо. Разве что сейчас придётся с сеструхой забить палками вон того гоблина…

Говорят муж и жена одна сотона. Неправильно, это две сотоны! И у них есть свой Кластер. Своя армия. И целая куча своих врагов. Но при этом открываются новые возможности. Правда мир суров, а жизнь та ещё…

Сложно ли сохранить рассудок, когда теряешь всё и сгораешь заживо? Сложно. И мы с Дашей не справились… Но трудности? Жизнь в сырой библиотеке среди руин? Жестокие улицы? Мы прошли через всё. Вот только холод… Стоп. Мы что, в аду? Если это ад, то здесь даже неплохо. Разве что сейчас придётся с Дашей забить палками вон того гоблина…

«Солнце мёртвых» — трагическая эпопея Ивана Шмелёва, созданная в 1923 году и выросшая из личного опыта автора, пережившего в Крыму годы красного террора. Это не сухая летопись фактов, а острое свидетельство о том, как на глазах повествователя рушится привычный мир: людей губят голод и расстрелы, звери и птицы уходят с опалённой земли, а солнце над разорённой страной кажется по-настоящему...

Пришел в себя с кровью на лице: палубу трясет, орудия молчат. На горизонте — французы. На фрегате начинается паника. Капитан-француз требует капитуляции. А я? Я фронтовик. Прошел Великую Отечественную. И мой закон один: РУССКИЕ НЕ СДАЮТСЯ. Теперь на дворе 1730-е. Я уже успел поднять мятеж на корабле, не дать опозорить флаг и оказаться перед военным трибуналом. Но меня не сломать. ...

Пришел в себя — лицо в крови, палубу трясет, орудия молчат. На горизонте — французы. На фрегате начинается паника. Капитан-француз требует капитуляции. А я? Я фронтовик. Прошел Великую Отечественную. И мой закон прост: РУССКИЕ НЕ СДАЮТСЯ. Теперь вокруг — 1730-е. Я уже успел поднять мятеж на корабле, не дать опозорить флаг и угодить под военный трибунал. Но меня не сломать. Бирон, Анна...

Пришел в себя — лицо в крови, палубу трясет, орудия молчат. На горизонте — французы. На фрегате паника. Капитан, француз по происхождению, требует капитуляции. А я? Я фронтовик. Прошел Великую Отечественную. И у меня правило одно: **РУССКИЕ НЕ СДАЮТСЯ.** Теперь на дворе 1730-е. Я уже успел поднять мятеж на корабле, отстоять честь флага и угодить под военный трибунал. Но меня не...

У людей теперь есть вторая Земля, на которую они уже начали расселяться, а у меня удвоились проблемы в связи с удвоенной ответственностью. Хроника пока притихла, переваривая мои "подарки", но зашевелились другие враги. Как внутренние, так и внешние, а во Вселенной пробуждаются давно спящие третьи силы. И не все из них будут сражаться на правильной стороне...

Пришел в себя с кровью на лице: палубу трясет, орудия молчат. На линии горизонта — французы. На фрегате суматоха. Французский капитан требует капитуляции. А я — фронтовик, прошедший Великую Отечественную, и живу по одному правилу: РУССКИЕ НЕ СДАЮТСЯ. Теперь на дворе 1730-е. Я уже успел поднять мятеж на корабле, отстоять честь флага и оказаться под военным трибуналом. Но сломать меня не...

Пришел в себя — лицо в крови, палубу трясет, а орудия молчат. На горизонте — французы. На фрегате суматоха и страх. Французский капитан требует капитуляции. А я? Я фронтовик, прошедший Великую Отечественную, и у меня правило одно: РУССКИЕ НЕ СДАЮТСЯ. Только теперь на дворе 1730-е. Я уже успел поднять мятеж на корабле, отстоять честь Андреевского флага и угодить под военный суд. Но сломать меня не...