Екатерина Монеткина

Мэри и Мадлен могли рассказать целую историю о каждом высаженном сорте и о тех, кто покоился под шипастыми ветвями и теперь делился с цветами всем, что имел, но, разумеется, этого не делали. Благоразумие подсказывало им хранить свою тайну подальше от претензий лицемерной человеческой морали.

Где-то среди бетонных многоэтажных саркофагов, помнящих красные флаги и первомайские парады, затерялся ничем не примечательный дом, утопающий в тенях тополей. В этом доме живёт мальчик. Возможно, вы даже его знаете. Быть может, вы сталкивались с ним на лестничной клетке, а может, видели его гоняющим палкой бездомных кошек. А может быть, Вы и есть тот самый мальчик, который никогда не...

Мертвенькая девочка встает из гробика. Ей надо к маме, и еще ей очень хочется кушать…

Они ускорили шаг и скоро вышли на край небольшого болота. Под ногами хлюпала грязь. Старая изба виднелась на невысоком пригорке в отдалении. Ваня сморщил нос. Вокруг пахло болотом – перегнившими растениями и тиной, но был и еще какой-то запах, который он не мог определить. Так могло пахнуть что-то очень старое, дикое и голодное. Ваня не представлял, как может пахнуть голод, но в голову упорно...

Тот дом на отшибе стоит как надгробие Полсотни годов. Когда потухали в ночи фонари, Воткнутые в костья Постаревшие стены страхом ночным Колыбельные пели. Им подпевал ветерок с пустыря…. Уныло рыдая, как песнь мертвеца.

В Лесу, который вырос на месте Бойни, есть много чего, но вынести это трудно. Ещё труднее — вытащить оттуда заплутавшего человека. Если это вообще он.

Горькая исповедь усталой женщины, вся её жизнь — череда мучительных испытаний, та самая судьба-злодейка… Именно реалистичность истории вызывает болезненное сострадание и ужас от происходящего, буквально до слёз.

Заяц с ободранной шкурой сидел на задних лапках в трех шагах от тропы и пялился на Сашку с интересом и удивлением. Сашка утробно сглотнул и выронил елку из рук. Лес не понравился ему с первого взгляда — безголосый, темный и давящий. Вселяющий бессознательный страх. Неправильный. Стояла мертвая тишина и от этой тишины тянуло думать вслух, чтобы хоть на мгновение сбросить липкое, обволакивающее...

Говорят, что каждый дом – это кладезь историй и, поверьте, эти вы слышать не захотите. Не стоит ворошить прошлое подобных мест и тогда, возможно, вам не начнёт приходить почта с того света, принося с собой безумие и смерть. Если старые дома видят сны, то этому снятся кошмары.

Может ли невинный человек стать чудовищем, держащим в страхе целую деревню? И какой должна быть ненависть, породившая это чудовище.