Полина Рей

Сначала он попросил меня лишь слегка увеличить губы. Потом — нарастить и перекрасить волосы. Дальше — сделать грудь, а следом — убрать пару рёбер. Я соглашалась почти на всё, чего хотел муж, пока однажды не осознала: он не видит во мне меня — он пытается слепить «улучшенный вариант» своей бывшей, по которой до сих пор сходит с ума. — Я знаю, что ты не забыл Анжелу, Егор. Я смотрю в бесстыжие...

- Давид, ты издеваешься? Нашей дочке пересадили сердце твоей погибшей любовницы? Эти слова срываются с губ так, будто их произносит кто-то другой. Не я — та, что только что услышала чудовищную правду. - Да, Эмилия. Аделина жива благодаря Наталье. Считай, что долг моей второй жены перед тобой погашен. Вторая жена. О ней я узнала всего несколько дней назад. И теперь, когда Давид произносит это так...

— То, что ты называешь интрижкой, Поля, для нашего круга — обычное дело. Ты это прекрасно знаешь. Ты всегда была удобной и послушной — на этом и держался наш брак. Муж произносит это ровным тоном, будто мы не живые люди, а стороны в переговорах, где он спокойно выбивает себе самые выгодные пункты. А у меня перед глазами стоит картинка: он целует другую. Её зовут Берта. Берта. — То есть...

Триггер — это то, что внезапно прошивает нервы, выворачивает нутро и ударяет по голове без предупреждения. Это резкий откат в прошлое. И в этом прошлом невозможно оставаться, потому что слишком больно — до потери зрения, до безумия, до желания просто исчезнуть. Она стала моим личным триггером сразу, только я понял это слишком поздно. Всё случилось в ту секунду, когда моя маленькая дочь бросилась...

- Значит, сердце нашей дочери теперь бьется в груди ее сестры? Я выдыхаю эти слова с полнейшим неверием в то, что мир кругом - не моя иллюзия. Два года назад мы с мужем потеряли единственного ребенка - она погибла в автокатастрофе. И я знала, что ее сердце взяли для донорства. Даже была рада тому, что оно теперь продолжает жить Рада до момента, пока муж не подтвердил: - Да Оно бьется в груди...

Все как в анекдоте - вернулась домой пораньше, а муж… нет, не с любовницей. Он отсутствует, как и наша маленькая дочь. На дворе ночь, геопозиция показывает, что Женя в гостях у моей мамы. И вроде волноваться не о чем, если бы не два «но». Он ее терпеть не может. И о том, что поехал в гости с ребенком, почему-то забыл мне сообщить. Вывод один - ехать туда, благо у меня есть ключи. И что меня...

– Жанна, – сказал муж, глядя на меня сверху вниз. Я сидела у трюмо в халате, расчесывала волосы. Рука замерла. – Я ухожу. Мы расстаемся, – добавил Глеб. Я медленно положила расческу и повернулась к нему. – Что? – Я бросаю тебя, – сказал он ровно, будто обсуждал условия новой сделки. – Но пока без развода. Так нужно для дела. Тридцать лет брака, двое детей, и фраза мужа во время годовщины: «Я тебя...

– Это пятый тест ДНК в чертовой независимой лаборатории, которые все время разные! – буквально рычит Сергей. – И снова он отрицательный! Я Артему не отец! – Но у меня никого, кроме тебя, не было, Серёж Я не могла его родить от Святого Духа! Случайный намёк бывшей девушки моего мужа привёл к тому, что он решил тайно сделать тест на ДНК. И наш сын оказался ему не сыном. Затем были ещё четыре теста...

– Я рядом с тобой будто в камере, Ир. Не хочу в сорок пять ощущать себя за решёткой и ждать, что вот-вот умру! – Это из-за неё? Из-за той молодой? Ей же всего двадцать, Серёж… Муж сказал, что ему нечем дышать рядом со мной, хотя я была уверена: наш двадцатипятилетний брак — это и есть счастье. – Да хоть сорок! Она — дочь Анжелы, её точная копия. Копия моей бывшей, которую я до сих пор...

Что делать, если ты влюблена в своего начальника с пятнадцати лет, а он тебя даже не узнаёт? Я пыталась исчезнуть из его жизни, но судьба решила иначе. Для его врагов я — единственный способ подобраться к нему вплотную и попытаться убить. И мне было бы всё равно, если бы не две вещи. У них в заложниках моя сестра. А я снова готова стать той самой плохой девочкой, которая любит его до потери...